Дайджест прессы. Firstnews.ru. Анатолий Кучерена: "Полицейские не должны быть в унынии"

Известный адвокат Анатолий Кучерена, глава комиссии Общественной палаты по проблемам безопасности граждан и взаимодействию с системой судебно-правоохранительных органов в интервью Firstnews рассказал о доверии граждан к полицейским, последствиях самообороны и галочной системе в органах. По его мнению, актуальными проблемами на сегодняшний день является повышение престижа работы полицейского и разгрузка следственных изоляторов.
Два месяца назад вы были избраны председателем общественного совета при МВД. Как вы оцениваете, повышается ли доверие граждан к полицейским? - Когда Владимир Колокольцев был назначен министром внутренних дел, то ситуация стала меняться, он начал наводить порядок. Но мы понимаем, что доверие граждан к работе органов внутренних дел складывается из того, как полицейские общаются с людьми, как они разрешают их проблемы, насколько действуют честно и добросовестно. Других показателей здесь нет и не может быть. Владимир Колокольцев ставит очень жесткие требования к подчиненным, поблажек он никому не делает. Его требования - это качество работы, исполнение законов и уважительное отношение к гражданам. Он взял на себя большую ответственную задачу - улучшить имидж правоохранительных органов. Работа полицейского должна стать престижной. Человек должен гордиться тем, что он работает в правоохранительных органах. А если он будет находиться в унынии, если он всегда будет думать о том, дадут ему жилье или не дадут, будут у него социальные льготы или нет, то он не сможет испытывать гордость от своей работы. Это просто будет невозможно. Считаете ли вы, что полицейским для этого необходимо повысить заработную плату, улучшить их уровень жизни? - Все в совокупности: уровень жизни, денежное довольствие, социальный пакет и так далее. Мы в любом случае неизбежно должны прийти к этому. Нам часто говорят, что нет денег, нет этого, нет пятого, десятого. Но это не решение вопроса, мы должны понимать, что если человек работает на госслужбе, работает в сложных условиях, он не должен думать о том, что он завтра может оказаться на улице, что ему не предоставят жилье и что он и его семья окажутся за чертой бедности. В США сотрудники полиции получают выгодные ипотеки, медицинское обслуживание. У них действительно эти вопросы решены, и человек, который приходит там на работу в полицию, прекрасно понимает, что он должен работать только по закону, работать честно. В противном случае, он лишится всех этих благ. Полицейский должен бояться потерять работу. Но нам предстоит еще много работы в этом направлении. Осталась ли в полиции еще галочная система по задержаниям и раскрытиям преступлений? - Если я скажу, что не осталась, то я просто совру. Безусловно, в некоторых субъектах РФ в территориальных органах внутренних дел такая тема еще есть, и вот всякими уловками и всякими хитростями некоторые руководители пытаются действовать по старому принципу. Считают, что чем больше поймал, чем больше привлек к ответственности, тем лучше. Но министр внутренних дел изменил этот алгоритм. На первом совещании по видеоконференцсвязи с регионами он четко заявил, что если узнает о том, что кто-то этим занимается, то сразу уволит. Должны быть иные оценки работы правоохранительных органов, но никак не показатели планов. Правда ли, что в России почти не работает институт самообороны? Люди боятся оказывать сопротивление преступникам, так как сами могут после этого оказаться за решеткой. - Судебная практика тут не в пользу гражданина, но, тем не менее, в каждом конкретном случае нужно разбираться отдельно. Вот я приведу пример – дело Саркисяна в Тульской области. Он зарезал троих преступников, которые ворвались в его дом с пистолетами и угрозами. Защищал жену и маленьких детей. Его ведь тоже хотели привлечь к уголовной ответственности за превышение пределов необходимой самообороны. Но мы не дали это сделать, мы выехали туда, я лично сам был в Тульской области. В итоге следствие также пришло к выводу, что в действиях Саркисяна нет превышения пределов необходимой самообороны, несмотря на то, что он троих ножом зарезал. Вероятно, если бы мы не взяли на контроль это дело, то Саркисяна могли бы привлечь к уголовной ответственности. Нам изначально говорили: как это так, он ножом убил троих. Но если бы он этого не сделал, то еще не известно, чем бы это закончилось. Трупов могло бы быть больше. Особенно, если учесть, что у него на глазах один из преступников приставлял пистолет к виску его 7-месячного ребенка. Человек действовал, защищая себя и своих близких. Но здесь нужно разбираться в каждом конкретном случае, так как может быть и злоупотребление: люди сводят с кем-то счеты, а потом говорят, что у них были пределы необходимой самообороны. Нельзя все подводить под необходимую оборону. Но мне бы хотелось, чтобы и судебная практика в этой части изменилась. Как вы оцениваете состояние тюрем и следственных изоляторов в России? Соответствуют ли они европейским нормам и стандартам? - Мы проверяли тюрьмы и колонии. Могу сказать, что в целом бюджетные деньги выделяются, мы видим, что ситуация меняется к лучшему. Но проблем очень много. Для того, чтобы разгрузить наши тюрьмы, колонии и следственные изоляторы, мы должны понять, почему так много людей у нас берут под стражу. Если брать следственные изоляторы, то там речь идет о людях, которые вообще только обвиняются в преступлениях, но еще не признаны виновными. Почему суд дает санкцию на такую меру пресечения, даже по преступлениям небольшой и средней тяжести? Вот эти вопросы находятся в поле зрения нашей комиссии. Мы сделали запросы по всей стране, чтобы понять, почему правоохранительные и судебные органы идут таким путем. Если человек оступился, совершил преступление, почему его надо именно туда упечь, в следственный изолятор? Бывают случае, что человек сидит в СИЗО по 8 месяцев и с ним вообще не проводится никаких следственных действий, следователь к нему даже не приходит. Вот это, на мой взгляд, колоссальная проблема. Если говорить о галочной системе, то здесь тоже она. Уголовная политика не должна быть направлена на мщение человеку, а должна быть направлена на выяснение: виновен он или нет? И это регулярно можно сделать в рамках домашнего ареста или подписки о невыезде. Но считается, что в СИЗО человек легче дает показания: он более покладистый, когда находится за решеткой. Анастасия Михайлова Источник